BRITNEY ZONE.RU
» » » Рубрика: "Бритни. Изнанка Мечты" 1. Дом, милый дом
» » » Рубрика: "Бритни. Изнанка Мечты" 1. Дом, милый дом
Август 2017
1Вт2Ср3Чт4Пт5Сб6Вс7Пн8Вт9Ср10Чт11Пт12Сб13Вс14Пн15Вт16Ср17Чт18Пт19Сб20Вс21Пн22Вт23Ср24Чт25Пт26Сб27Вс28Пн29Вт30Ср31Чт

    Рубрика: "Бритни. Изнанка Мечты" 1. Дом, милый дом


    1. Дом, милый дом
    Моё сердце принадлежит Кентвуду. Я – сельская девочка.
    Бритни, 1994 г.

    Это называется «задворки мира» – место, где ничего нет. Только приехав в удалённый
    сельский уголок под названием Кентвуд, лежащий посреди сосновых лесов Луизианы, начинаешь понимать две вещи: глухую неизвестность, из которой вырвалась Бритни, и предельную решимость, необходимую, чтобы попасть на радары шоу-бизнеса. С тем же успехом Бритни могла бы кричать о своих мечтах в центре пустыни.
    Мир развлечений Лос-Анджелеса и Нью-Йорка лежит на расстоянии нескольких световых лет от просёлочных дорог и крохотных речушек. Этот плоский район являет собой малолюдную чересполосицу пастбищ и лесов, с редкими вкраплениями деревень, связанных узенькими просёлками: песочными венами, пронизывающими бесконечную зелень.
    К современной жизни ведёт федеральная автострада 55, берущая начало в пригороде
    Нью-Орлеана. Если проехать 70 минут в глубь страны, окажешься в Кентвуде. Автострада 55
    – «маршрут эвакуации от ураганов» из города, до сих пор не оправившегося после урагана
    «Катрина», но без крайней необходимости сложно найти причины даже задуматься о такой
    поездке – если ты, конечно, не убеждённый фанат Бритни и не папарацци.
    Луизиана – штат, зажатый между Техасом с запада и Миссисипи с востока, громадная
    жирная «L» на берегу Мексиканского залива, где летом стоит изнуряющая жара, температура
    поднимается до 38°C при 90 % влажности. Кентвуд расположен на верхней границе ниж-
    ней перекладины «L». Там он отдыхает в кресле-качалке на веранде границы штатов, с Мис-
    сисипи впереди и Луизианой позади, потихоньку занимается своими делами в серой зоне
    между ними. Задержись здесь, неподалёку от реки Миссисипи, и тебе привидится Гекль-
    берри Финн, как он шествует мимо, сплёвывая в пыль и грязь, заложив большие пальцы за
    ремень рабочих штанов. Забавно, что в пику делу по опекунству над Бритни Гек тоже искал
    способы вырваться – из-под крыла вдовы Дуглас.
    Приезжая сюда впервые, почти все представляют себе эдакую вариацию на тему «Унесённых ветром», а потом стараются подогнать действительность под художественный вымысел или увидеть в родине Бритни Спирс достойный идеал. Кентвуд стал частью легенды
    Бритни, обложкой её книги. За прошедшие годы был создан образ порядочного, богобоязненного, консервативно церковного городка, где строжайшее хранят христианские ценности. Когда слышишь это описание, в голове появляется картина счастливой Бритни, бегущей
    вниз по холму в воскресном платье, словно Лора Инголс из «Маленького дома в прериях».
    А на самом деле всё было по-другому.
    В действительности улицы Кентвуда раскинулись на асфальтированной поверхности
    пиар-реальности, а под ней скрывается уязвимое, шершавое подбрюшье: ободранная правда,
    на которую ещё не наложили глянец. Здесь начинается нить спрятанного на самом видном
    месте узора, пути из грязи к всенародной славе.
    По последним данным в Кентвуде живёт чуть меньше 600 семей. Среди них и семья
    Спирс. Население не намного более 2 000 человек, средний годовой доход оценивается при-
    мерно в 17 тысяч долларов, а средняя цена дома составляет 70 тысяч. Здесь царит дух бедности и тяжёлой работы – как и положено людям от природы.
    Стоит моргнуть, несясь на север по автостраде 55, и вы пропустите поворот на развязку
    61 – последнюю до границы с Миссисипи в 5 милях. Если съехать на местную трассу 38,
    слева будет Ливерпуль, а справа Кентвуд. Время словно бы обходит стороной это место, запертое между шоссе и путями железной дороги Центрального Иллинойса, ведущими к Чикаго.
    Справа расположились три дисконтных магазина, «Доллар Дженерал», «Фэмили Дол-
    лар» и «Супер Доллар», а также местный супермаркет и добровольческое пожарное депо.
    Дальше в город стоит кафе «Кентвуд», ювелирный магазин «У Конни», аптека Шиллингза
    и два мелких банка. Работает магазин, торгующий оружием, боеприпасами… и игрушками,
    а рядом продаются запчасти к грузовикам и тракторам. Большая часть магазинов возведены из металлоконструкций и гофрированного железа, со стальными крышами. Так строить дешевле и быстрее, а крыши лучше выдерживают ураганы, нередкие в этой местно-
    сти. Жилые улицы вместо названий обозначаются буквами алфавита: Авеню Эй, Авеню Би,
    Авеню Си, Авеню Ди, и так далее, и сколько хватает глаз – ни одного двухэтажного здания.
    Дома отодвинуты подальше от дорог, на чахлые луга: коттеджи в духе ранчо, «двухсекционные» трейлеры и «крекерные хижины» – хрупкие постройки из фанеры, поднятые над
    землёй на кирпичных сваях. Остальные живут на фермах и в бунгало на обширных площадях округа Тангипахоа. Молча ржавеют машины без колёс и каркасы грузовиков, вросшие в землю. Сразу становится ясно, что это нижняя граница социально-экономического сельского
    спектра США, бедный родственник Хаммонда (лежащего в 41 километре отсюда), Маккомба
    (24 километра) и Эмайта (16 километров).
    Кентвуд разделяют две главные дороги: трасса 38 идёт с востока на запад через авто-
    страду, а хайвей 51 тянется с юга на север до границы со штатом Миссисипи. Их пересечение
    – единственный перекрёсток с висячим светофором, болтающимся на сильном ветру. Местная пробка – это когда четыре машины стоят на красный свет. Именно здесь целеустремлённо околачиваются папарацци.
    – Отличить семью Спирсов несложно, – сказал один фотограф. – Белый «Ленд Ровер»
    или «Лексус» Линни выделяется среди грузовиков «Дженерал Моторс» или «Шевроле»,
    малолитражек и древних рыдванов.
    На светофоре сверните налево, дальше первый поворот направо, на Главную улицу,
    и вам мгновенно откроется подлинная нищета Кентвуда. Раньше здесь был «культурный
    центр» округа, куда приезжали посмотреть фильм в кинотеатре или прямо из машины, схо-
    дить в бар или ресторан.
    – Сюда съезжались, чтобы себя показать, но теперь в глаза бросается лишь то, что Кент-
    вуд потихоньку умирает, – сказал один сторожил. Он помнит расцвет молочной промышленности, с которой кормились две сотни ферм, но появление Уолмартов в близлежащих городах быстро выдавило молокозаводы и молочные хозяйства на обочину. Из них выжило всего десять штук, и последние 20 лет город постепенно угасает. Главная улица стала центральной артерией города-призрака. На всех ста метрах, что она тянется, не выжил ни один магазин. Окна выбиты, стены и крыши разваливаются, фронтоны обрушились грудами кирпичей
    и строительного мусора. Посреди этой разрухи и запустения начинаешь спрашивать себя,
    действительно ли поп-принцесса отсюда родом. Сложно увязать ярко выраженный упадок
    и запредельное богатство знаменитой дочери города. Но подтверждение ждёт на окраине
    города в виде знака в диснеевском стиле: «Кентвуд – родина Бритни Спирс». По первому
    впечатлению кажется, что местные жители от души гордятся девушкой, которая, вместе с
    минералкой «Кентвудские источники», прославила этот район.
    Пока никто не догадался организовать экскурсию «По следам Бритни», но задача
    несложная, поскольку фрагменты её заурядного прошлого разбросаны вокруг. Вот на углу
    развалины «Бабушкиных пирожков», где Бритни подрабатывала по утрам в выходные; Первая баптистская церковь, где она впервые пела для зрителей; её любимый ресторан – «Бургер-амбар Найлы»; Кентвудский музей, где выставлены её памятные вещи, и, наконец, дом её
    детства: одноэтажное бунгало из коричневого кирпича, с тремя спальнями и двумя ванными.

    Он прижимается к густому лесу, в отдалении от боковой дороги, позади опрятной Баптистской церкви Гринлоу, куда семья ходила на воскреснюю службу. Вот двор, где у Бритни стоял батут, и автомобильный подъезд, где её брат, Брайан, играл в баскетбол, бросая мяч
    в кольцо, прикреплённое к навесу для машины. Бритни часто пулей вылетала из дверей и
    устраивала на лужайке перед домом представление для соседей, Стриклендов и Ридов: крутила колесо, делала сальто. На соседнем участке заброшенный амбар, большой и высокий, утопает в зарослях травы.
    Времена, конечно, изменились, слава и состояние Бритни позволили ей построить для
    мамы поместье под названием «Безмятежность». Там теперь и живёт Линни Спирс, в 10
    километрах отсюда. Рядом стоит отдельный гостевой домик на случай приезда Бритни. «Безмятежность» – кусочек Беверли-Хиллз, построеный в тихой заводи Луизианы, вечное напоминание о мечтах, которые исполняются за гранью кентвудского горизонта. Этот громадный домина стал бы плевком в душу, стой он центре города, но он осмотрительно спрятан на
    семи акрах соснового леса, и ведёт к нему узкий просёлок.
    Эти кенвудские реалии доказывают, что какой бы золотой дождь ни омывал клан
    Спирс, вырваться с малой родины невозможно. Их держат родовые корни, глубоко вросшие
    в красную почву, связывает чувство землячества, из-за которого любое другое место кажется
    далёким и чужим. Да, они строят шикарные дома, пускают пыль в глаза, но в душе были и
    остаются сельскими жителями.
    Дом за церковью, где прошло детство Бритни, давно сдан в наём, но паломничество
    туда не прекращается. Само местоположение этого хозяйства свидетельствует о близости
    с границей штата: чуть пробеги, подпрыгни, рванись, оп – и ты уже в Миссисипи, где
    уютный павильон «Бургеров Найлы», стоящий на главной дороге, в честь прославленной
    соседки отвёл целый зал под памятные вещи. Даже меню гордо заявляет: «Любимый ресторан Бритни Спирс».
    А вот Кенвудский музей, переделанный из похоронного бюро, неполадёку от руин
    Главной улицы. Его хранитель, Хейзел Морис, пополняет выставку свежими свидетельствами карьеры Бритни. Открылся музей в 1975 году в честь ветеранов войны, и дедушки Бритни заняли в нём почётное место: отец Джейми, Джун Остин Спирс служил сержантом
    в ВВС США во время Корейской войны, а папа Линни, Барни Бриджес, был техником-сержантом на Второй мировой войне. Взнос Кентвуда в свободу Америки очевиден при взгляде на 15 снимков по 66 человек.
    На другой стене в окружении мужчин висят красотки военного времени: Вероника
    Лейк, Лана Тёрнер, Вивьен Ли, Джейн Рассел и Барбара Стэнвик. Соседняя дверь ведёт к
    экспозиции, посвящённой кумиру современности, Бритни Спирс. Она занимает три отдель-
    ные комнаты, и всё, на что падает взор, раньше висело на стенах у Бритни, пока ее отец,
    Джейми, не решил в 2000 году одолжить эти вещи музею: платиновые диски, обложки журналов в рамках, семейные фотографии, детские платья, награды MTV и American Music Awards, CD: UK, «Смэш Хитс» и «Голливуд Репортер».
    У тех, кто приехал сюда не как фанат, вряд ли останется от города хорошее впечатление.
    Официально разрешённая скорость здесь 60 км/ч, но местные едут под 40, и любой, кто
    едет на 20 километров быстрее, сразу выдаёт в себе приезжего. И вот уже в него впиваются
    бусинки глаз. Если шериф заметит номера прокатной машины, «подозрительному» чужаку
    придётся затормозить и ответить на ряд вопросов.
    Местные прикрывают друг другу спину, и каждый знает о делах остальных. В столь
    тесном сообществе жители стремительно и неизбежно засекают иногородцев. Но если ты
    приехал с добрыми намерениями, и ведёшь себя с должным уважением, тебе протянут руку
    и уделят время, как положено по старым добрым законам южного гостеприимства. Здесь
    живут практичные, трудолюбивые и честные люди, скорее рабочие, нежели интеллигенция.
    Они не терпят идеалистов, морализаторов и вызывающего поведения, но есть что-то душевное в их простоте и завидной удовлетворённости. Вы увидите настоящую трудовую жизнь, без прикрас. Среди правил общения в маленьких городках нет фильтров, оберегающих ваши чувства. Социальные законы здесь просты: тебе что-то не нравится? Терпи.
    Знают тебя или нет, на любые вопросы будут вежливо отвечать с густым южным акцен-
    том: «да, сэр» или «нет, мэм». Обращься к тебе будут «мистер» или «мисс», и по имени,
    данному при крещении. Если в город приехал «Алан Джоунс», с ним поздороваются как
    с «мистером Аланом». Случись рядом его жена Мэри, она будет «мисс Мэри». Их речь и
    отношение принадлежат к веку прошлому.
    В дни юности Бритни здесь было, как минимум, шесть распивочных, а теперь осталась
    одна: грубо сколоченная палатка, некогда её называли ВЗВ («Ветераны зарубежных войн»),
    но со временем она превратилась в «Увальня». Без окон, из гофрированного железа, она
    напоминает крошечный склад. По местным законам она должна прятать неоновую вывеску
    с Бадвайзером внутри. «Увалень» – точка, где собирается весь народ. Когда сюда входит
    незнакомец, к нему оборачиваются все головы, и он натыкается на стену обострённого внимания. Та же картина ждёт его и в «Сельских ребятах» – этот бар в 22 километрах отсюда, наневозделанной земле, привлекает людей из Миссисипи и Луизианы. Надо сказать, их встречи нередко оборачиваются потасовкой. «Сегодня здесь Миссисипи, – предупредил нас один посетитель. – Будет драка».
    В этих краях мужчинам, расслабляющимся после шести дней тяжкой работы в поле
    или на отдалённых заводах, для полноты жизни нужно завершить неделю пивком и хорошей
    дракой. Они, не скрываясь, говорят, что потасовка – хороший способ выпустить пар. Когда
    пьяные мужчины (и женщины), подначивая друг друга, выходят на щебень стоянки, они
    вполне готовы схлеснуться даже со своими. Назавтра бойцы сядут рядом, чокнутся круж-
    ками, и со смехом будут вспоминать вчерашнее.
    До недавнего времени на входе в «Увалень» записывали каждого посетителя, но и
    сегодня лучше приходить туда в сопровождении человека, которого здесь знают, иначе тебя
    выведут на ту самую стоянку и спросят, что ты здесь забыл. К «не своим» относят одиночек,
    папарацци и афро-американцев. «Увалень» считается белым баром. Чёрный бар, «Сиропница», расположен чуть дальше.
    В средней школе Кентвуда среди засилья афро-американцев встречаются считанные
    единицы белых детей. Белые семьи стремятся отправить своих отпрысков в другой город,
    в «Оук-Форест Академи» в Эмайте или в «Парк-Лейн Академи» в Маккомбе, Миссисипи,
    где училась и Бритни. В этих частных школах с относительно доступными ценами поддерживается приличный уровень образования, но расовый вопрос там стоит остро. Сегрегацию запретили на правительственном уровне, но как образ жизни она никуда не делась. И
    повсюду в средней Америке творится то же самое.
    В этом городе откровенные разговоры о цвете и вероисповедании не предназначены
    для ранимого слуха, потому что здесь не стесняются использовать слово «ниггер». Оно
    встречается в речи многих людей: наследие прошлого, глубоко укоренившееся в мышлении
    людей, которым плевать и на мировой опыт, и на всеобщее мнение. Но былой силы у такого
    отношения нет, как показали выборы 2002 года, где прошёл первый чёрный мэр, Харольд
    Смит, бывший заместитель директора Кентвудской школы. Теперь заговорили о новом рассвете и развитии интеграции.
    Смит – Барак Обама Кентвуда, с геракловой миссией изменить сердца и умы. В январе
    2009 года он ездил в Вашингтон на инаугурацию президента, а по возвращении написал статью в «Эмайт Тудэй»: «Мой дух возрождён, и я, вернувшись домой, привёз с собой важные идеи, чувство надежды и перемен во имя всех людей без исключения… потому что нет
    места лучше дома».
    Мать одноклассницы Бритни, которая до сих пор общается с родственниками звезды,
    тут же объясняет:
    – Бритни привыкла к этим разговорам, но она против такого подхода. У неё есть чёрные
    друзья, менеджеры, танцоры и телохранители. Она не обращает внимания на цвет кожи.
    Было бы нечестно утверждать, что на этом вопросе в Кентвуде свет сошёлся клином.
    На самом деле к белым из Миссисипи относятся с тем же подозрением, что и к чёрным. Но
    расовые проблемы многое говорят о том, в каком окружении росла Бритни. Слава не могла не
    повлиять на её мировосприятие, ведь её жизненный опыт куда богаче, чем у подавляющего
    большинства. Но Кентвуд для неё остаётся родным и безопасным уголком. В документальном фильме «Бритни: под запись», снятом MTV в 2008 году, она рассуждает про свой «нервный срыв», и вслух спрашивает себя, почему не бежит в тихое убежище родины: «Пожалуй,
    мне стоило вернуться домой… Я сама не понимаю, почему в тот трудный период не встала
    и не уехала в Луизиану?»
    Её тётя, Ченда Макгаверн, бывшая жена Джона Марка Спирса, объясняет:
    – Здесь люди любят Бритни просто потому, что она Бритни. Они видят сквозь туман
    славы и известности и принимают её как есть. В Кентвуде люди готовы защищать её, мы
    дадим ей любовь и поддержку, которые так ей нужны. Несмотря на свой имидж, Бритни - сельская девочка, наша, кентвудская.
    * * *
    Кентвуд назван в честь Эймоса Кента, первопоселенца, который построил здесь кирпичный завод и лесопилку, дав толчок лесной промышленности, которая просуществовала до начала двадцатых. Ещё он был мятежным конфедератом. Во время Гражданской войны
    его посадили в тюрьму за отказ принести присягу США, он командовал отрядом из 12 000
    луизианских пехотинцев, служивших в Армии Конфедерации Северной Вирджинии. Кент
    был одним из «Тигров Ли», заслуживших прозвище «Бойцовые тигры» за то, что их солдаты
    были свирепыми, бесстрашными пьяницами, чьё поведение терпели за громадные достижения в боях, если верить историку Артуру Берджерону Такое отношение, «работай до предела, иди до конца и ничего не бойся», широко распространено и сегодня, и трёхполосный
    флаг Конфедерации так же гордо реет над городом, как и звёздно-полосатый Дяди Сэма.
    Детям, растущим здесь, делать особо нечего. Они привыкают к южной жизни, где
    местом для игр и охоты становится лес. Парни по большей части увлекаются баскетболом и
    американским футболом, а девочки – баскетболом и чирлидерством, прежде чем окунуться
    в раннее семейное счастье.
    Дороги настолько уединённые, что в машине родители сажают детей к себе на колени
    перед рулём, так же, как собаководы любят делать это со своими питомцами. Когда Бритни,
    став матерью, в 2007 году попыталась таким же образом прокатиться по дорогам Малибу,
    она быстро поняла, что луизианский стиль жизни понимают не везде. Но тот случай показал,
    что её мировосприятие – родом из детства.
    Кентвуд – городок, где охотой и рыбалкой увлекаются все, но местная сельская жизнь
    не похожа на английские твидовые пиджаки и корзины для пикника, или королевскую охоту.
    Здесь в кузов грузовика кидают винтовку и пиво в переносном холодильнике и промышляют
    оленя и кролика, сидя в «оленьей засидке» – деревянном домике для охотника. Потом возвращаются домой и устраивают «гулянку с варёными раками», благодаря Бога за добычу, посланную в ловушки.

    Бог – один из старейшин этого города, входящего в «библейский пояс». Его присутствием пропитана и жизнь людей, и местный говор. Чтобы попасть на воскреснюю службу,
    семье Спирс достаточно было перейти дорогу. Основу воспитания и образования Бритни
    составляют христианские ценности. Матушка Линни объясняет это так, что они не религиозная, но глубоко набожная семья, где сильна христианская вера.
    В детстве Бритни вела молитвенный дневник, её учили общаться с Богом и доверять
    местному пастору. Ребёнок легко и беззаботно принимает веру, где обрядов больше, чем подлинного смысла. Бритни получала удовольствие от «выступлений» и ритуалов – церемоний,
    дающих ей возможность блеснуть своими талантами. И всё же, как бы там ни обстояло дело
    со смыслом, вера, впитанная от старших, не могла не повлиять на неё.
    Она верила в то, что ей говорят. Так что когда Бритни вечером ложилась в постель, она
    верила, что Бог смотрит на неё, и что всё происходит по Его высшей воле. Он стал её главной
    опорой. Действительно, когда она выросла и мечты её сбылись, именно Ему она возносила
    хвалу, в своих альбомах говорила, что Он вёл и направлял её, она верила, что Он ставит
    препятствия на нашем пути, чтобы сделать нас сильнее. С самого начала жизненной философией Бритни было: «На всё воля Божия, на хорошее и на плохое. Всё – Божий промысел».
    В книге, которую Бритни написала вместе с матерью, мы найдём её слова: «Я всё время
    молюсь. Я черпаю утешение и силу в понимании, что могу говорить с Господом, и Он слы-
    шит меня. Так нас растили». На стену над кроватью она повесила молитву XVIII века, вышитую крестиком:
    Now I lay me down to sleep
    I pray the Lord my soul to keep
    If I should die before I wake
    I pray the Lord my soul to take.

    (Когда я ложусь спать, я молю, Боже, храни мою душу. Если суждено мне умереть во сне, молю, Боже, прими мою душу.)

    Каждый день перед сном Бритни записывала свои мысли, чтобы «Бог прочитал». Отложив ручку, она опускалась на колени у кровати и молилась, сложив руки. Потом тянулась к голубой лампе со стеклянным абажуром, выключала свет и уносилась в мир грёз.

    Рубрика: "Бритни. Изнанка Мечты" 1. Дом, милый дом
    stasyoooook BritneyZone
    +11 Ошибка в тексте? Выделите и нажмите Ctrl+Enter
    Комментарии
    #1
    #2

    Войти / быстрая регистрация через соц.сети

    Информация

    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Есть новость о Бритни? Поделись!
Фото дня
Реклама
Чат
Чтобы написать сообщение нужно зарегистрироваться
Войти / быстрая регистрация через соц.сети
Реклама
Форум
Последние фото
События
21.08.2005 (12 лет)
· Релиз сингла "Someday (I Will Understand)"
21.08.2005 через 1 день (12 лет)
· Релиз сингла "Someday (I Will Understand)"
30.08.2004 через 10 дней (13 лет)
· Релиз сингла "Outrageous"
16.09.2013 через 27 дней (4 года)
· Релиз сингла "Work Bitch"
20.09.1999 через 31 день (18 год)
· Релиз сингла "(You Drive Me) Crazy"
22.09.2011 через 33 дня (6 лет)
· Начало тура "Femme Fatale" в Санкт-Петербурге